Почему не убирают свалку с опасными химикатами на Колыме

0
10

Почему не убирают свалку с опасными химикатами на Колыме

В окрестностях поселка Карамкен в Хасынском округе Магаданской области неподалеку от руин горно-обогатительного комбината и рядом с накопителями отходов обан­кротившегося Колымского аффинажного завода уже много лет лежат никем не охраняемые деревянные бочки и разорванные мешки с химическими реагентами. Вероятно, раньше они принадлежали тому самому ГОКу. Что именно находится там — кальцинированная сода или опасные яды? Почему вещества не вывезли за столько лет? Кто несет ответственность за это? Вопросы не так просты, как кажется. За ответами корреспондент «РГ» вновь поехала на ту самую свалку…

Почему не убирают свалку с опасными химикатами на Колыме

Опасная находка

Об этом складе посреди леса "РГ" уже писала в выпуске "Экономика Дальнего Востока" за 5 марта 2020 года. Мы рассказывали о том, как в 2018-м туристы наткнулись на развалины двух бетонных боксов. Внутри одного из полуразрушенных складов штабелями и навалом лежали мешки и бочки, большая часть которых была повреждена. На фотографиях видны наклейки с маркировкой "свинец уксуснокислый, Pb СН СОО…3Н2О, ГОСТ 1027-67", пометкой "Яд" и изображением черепа и скрещенных костей. По прикидкам, вес содержимого больше тонны. Белый порошок рассыпан по полу. Территория была не огорожена и уж, конечно, никем не охранялась.

— Этот объект — бывший склад химических реагентов, которые использовали на Карамкенском ГОКе в процессе обогащения золотосодержащих руд. Например, ацетат свинца является токсичным соединением, хорошо растворяется в воде. Предельно допустимая концентрация свинца в кубометре воздуха или литре воды — сотые и тысячные доли миллиграмма, — рассказал магаданский эксперт, кандидат географических наук Михаил Замощ. — Хотя склад находится за пределами водоохранной зоны ручья и на значительном удалении от населенных пунктов, не исключено, что с дождевыми или талыми водами, ветровыми потоками химическое вещество может поступать в поверхностные и подземные воды, атмосферный воздух и почву.

Кто же об этом не знает…

И вот здесь начинается самое интересное. Выяснилось, что о складах близ Карамкена осведомлены многие. Лежат себе химикаты годами да лежат — подумаешь, забота. Экологи, конечно, волновались, но к ним особо не прислушивались.

— Мы говорили о необходимости убрать эту токсичную свалку еще в 2010 году, когда начинали ликвидацию последствий аварии на хвостохранилище Карамкенского ГОКа. Где-то в 2013-м количество химикатов на заброшенных складах несколько уменьшилось, но кто, с какой целью и куда их вывез, в администрации района рассказать не смогли, — пояснила руководитель общественной организации "Магаданский центр окружающей среды" Ольга Москвина.

В 2015 году Министерство природных ресурсов РФ запрашивало от регионов сведения о наличии экологически опасных объектов для включения их в программу ликвидации таковых. Тогда магаданские общественники отправили в администрацию области рекомендацию предложить для внесения в федеральный документ аварийное карамкенское хвостохранилище и те самые склады. Но руководство региона ответило, что это нецелесообразно.

— В 2018 году мы направили письмо в адрес областной прокуратуры с просьбой выяснить, кто несет ответственность за очистку территории от ядовитых веществ, и принять меры. Обращение приняли и перенаправили в районную прокуратуру, — рассказала Ольга Москвина.

Достучались?

В 2020 году власти провели-таки обследование складов и анализ проб содержащихся там веществ. Заключение гласило, что ничего страшного не найдено — только неопасные соли и сода. В подтверждение на сайте областной прокуратуры появился релиз.

"Прокуратура Хасынского района провела проверку сведений, размещенных в средствах массовой информации, о наличии в непосредственной близости от поселка Карамкен Хасынского городского округа склада бесхозных химических реагентов, — говорилось в нем. — Установлено, что КУМИ Хасынского ГО не законсервировал объект, на котором осуществляется хранение химических реагентов, с неустановленными характеристиками и классом опасности. Кроме того, не созданы безопасные условия хранения данных химических реагентов: помещение, в котором они хранятся, не защищено от попадания воды в результате ливневых осадков и снега. В этой связи прокурор района главе администрации Хасынского городского округа внес представление, которое удовлетворено".

Входы в здание, где хранилась основная масса реагентов, заложены кирпичами. Но крыши в бетонном боксе нет, а оконные проемы зияют все так же

Районные власти с прокуратурой спорить, разумеется, не стали и наняли экспертов для исследований. О результатах сообщили надзорному органу, а тот — уже всем остальным:

"Согласно отчету ООО "ВНИИ 1", привлеченного администрацией Хасынского городского округа для выполнения работ по инвентаризации и разработке мероприятий по утилизации химических реагентов, на территории бесхозного склада имеются следующие химические реагенты: натрия тиосульфат кристаллический, натрия фосфат, натрий углекислый. Кроме того, в помещении склада находятся остатки деревянной и картонной тары, не содержащие реагентов, и железные 200-литровые бочки, содержащие кальцинированную соду. По результатам принятых мер прокурорского реагирования проведена консервация склада химических реагентов", — рассказали прокуроры в продолжении своего релиза.

Куда яды делись

Казалось бы, можно успокоиться: обнаруженные вещества — не те, из-за которых нужно переживать. И все-таки оставалось неясным, как была проведена консервация полуразрушенного (!) склада, кто это сделал, о каком способе утилизации идет речь. А самое главное, непонятно, куда делись бочки, которые были сфотографированы еще в 2018 году со всеми "ядовитыми" наклейками и маркировками. В релизе о них ни слова.

И вот с экологом Ольгой Москвиной мы вновь выехали к тем самым складам на Карамкене. Сказать, что ничего не изменилось, нельзя. Входы в здание, где хранилась основная масса реагентов, заложены кирпичами, теперь туда не попадешь. Но сквозь щели в кирпичной кладке видно, что вещества находятся там до сих пор. И еще: проникнуть внутрь через входы нельзя, но… крыши в бетонном боксе нет по-прежнему и все так же зияют оконные проемы. Следовательно, зимой не существует препятствий для снега, летом для дождя, и вода, размывая химикаты, выносит их в почву.

— Вещества должны быть утилизированы или использованы по назначению, а для этого надо определить специализированную организацию, — говорит Ольга Москвина.

Зато соседний полуразрушенный склад по-прежнему открыт. Там мы обнаружили не замеченные раньше мешки с маркировкой "Параформальдегид" и бочку с химикатами, на которой красуется надпись "Рудник Светлый". Все это стоит открытым, лежит навалом, а по полу склада расползается полужидкая желеобразная субстанция. Видимо, в этот бокс те, кто заложил входы в соседнее здание, и заглядывать не стали.

Чтобы понять, что такое параформальдегид, достаточно "загуглить": порошкообразное вещество, имеет характерный едкий запах, отличающийся резкостью и раздражающим воздействием. Отлично растворяется в воде. Пыль и мельчайшие частицы параформальдегида, смешиваясь с кислородом, способны образовывать смеси, отличающиеся явно выраженной взрывоопасностью. Это вещество второго класса опасности, принадлежит к группе быстродействующих клеточных ядов (канцерогенов), способно оказывать крайне негативное влияние на человеческий организм.

Так кто отвечает за ликвидацию свалки химических веществ, находящихся на территории Хасынского городского округа? Почему это ответственное лицо или организация до сих пор не очистили местность от реагентов? Кто и куда вывез бочки с уксуснокислым свинцом, обнаруженным в 2018 году? Как этот яд был утилизирован или обезврежен? Когда, кто и как вывезет и обезвредит токсичный параформальдегид? И кто, наконец, ответит на все эти накопившиеся вопросы?