Каньшин: Главный военный храм стал местом притяжения

0
6

Каньшин: Главный военный храм стал местом притяжения

На средства Национальной ассоциации офицеров запаса «Мегапир» построены храм Казанской иконы Божией Матери в госпитале им. П.В. Мандрыка, часовня в память о гибели курсантов Орджоникидзевского училища в Сталинградской битве. Она шефствует над школой Андреевского монастыря и Марфо-Мариинской обители в Москве. Особое место в духовно-нравственной сфере деятельности ассоциации заняло возведение Главного Храма Вооруженных Сил. Об этом мы говорим с бессменным руководителем «Мегапира», доктором философских наук Александром Каньшиным.

Каньшин: Главный военный храм стал местом притяжения

Александр Николаевич, храм в парке "Патриот" открыт уже больше года. Были сомнения, станет ли он из-за удаленности востребован, как, скажем, храм Христа Спасителя, воздвигнутый в честь победы в Отечественной войне 1812 г. Опасения подтвердились или рассеялись?

Александр Каньшин: Верующие совершают хождения к святыням за сотни и тысячи километров. А к парку "Патриот" налажены прекрасные коммуникации. К тому же, это не только собор, а большой историко-храмовый комплекс с уникальными экспозициями, как, например, "Дорога памяти" длиной 1418 метров — по числу дней Великой Отечественной войны. В галерее героев на основе новейших технологий собраны более 33 миллионов портретов и кратких биографий фронтовиков. Достаточно одного прикосновения, и перед посетителем вспыхнет панно с портретом родного человека, прошедшего дорогами войны. Множество удивительных новшеств, а также редкая красота и великолепие соборного комплекса влекут потоки туристов. Храм, открытый в канун 75-летия Великой Победы, становится местом паломничества, его можно смело назвать еще одним из чудес света. Народная тропа к нему не зарастет.

Вы возглавили благотворительный фонд "Воскресение", он был создан для сбора пожертвований на строительство храма. Те, кто не успел или не смог, но хотел бы внести свой взнос, еще могут сделать это теперь?

Александр Каньшин: Хочу подчеркнуть — идея создания монументального храмового комплекса в честь Великой Победы принадлежит министру обороны Сергею Шойгу. Он же предложил создать для сбора добровольных пожертвований специальный фонд, чтобы поступление и расходование народных взносов было прозрачным и подконтрольным обществу.

Фонд выполнил свою задачу. На его счетах за период строительства было саккумулировано 6 052 590 576,18 рублей добровольных пожертвований от физических и юридических лиц. Пришлись, что называется, ко двору и гранты — два миллиарда рублей от правительства Москвы и 950 миллионов от Московской области. Пожертвования 1,7 млн рублей поступили от граждан и организаций Казахстана, Украины, всех стран СНГ и Балтии, а также из Европы и Азии. Но больше всего — от россиян, в их числе были первые лица государства, члены правительства и Госдумы, сенаторы, руководство Минобороны и ФСБ, губернаторы и мэры, видные деятели науки, культуры и искусства.

Пожертвования продолжают поступать и сейчас, хотя уже не столь массово и не в таких размерах. Каждый может внести свою лепту, все реквизиты остались прежними. Поступающие средства аккумулируются на счетах фонда и пойдут исключительно на содержание и развитие Храма.

Каньшин: Главный военный храм стал местом притяжения

Александр Каньшин. Фото: Алексей Ерешко/Пресс-служба Минобороны РФ/ТАСС

Известно, что немалый вклад в строительство Храма внесла возглавляемая вами Национальная ассоциация офицеров запаса "Мегапир" — средствами, волонтерами, специалистами, материалами и техникой, информационным сопровождением. Благотворительность для вас — привычное дело ?

Александр Каньшин: Группа офицеров изначально создавала "Мегапир", чтобы помочь не только себе, но и товарищам. Сейчас в составе Офицерского собрания ассоциации значится более 50 тысяч человек, и никто не остался в стороне. Но в "Мегапир" входят также около 70 коммерческих и некоммерческих организаций, наши представительства открыты во всех федеральных и военных округах России, в 67 субъектах Федерации, в 300 муниципальных образованиях.

Наличие коммерческих структур позволяет нам осуществлять благотворительную деятельность, реализовать общественно значимые программы, в том числе помощь ветеранам, членам семей, чьи отцы погибли при защите Отечества, соотечественникам за рубежом. Мы шефствуем над воинскими частями, поддерживаем учебные и медицинские учреждения, проводим гуманитарные акции, в том числе международные.

В наши дни любые контакты с зарубежьем становятся проблемой, ведь "коллективный Запад" по отношению к России все более напоминает "дикий Запад"…

Александр Каньшин: Тем не менее, не все же там сошли с ума. Мы совсем недавно отметили юбилей Международной конфедерации генералов, адмиралов и офицеров резерва. Она была создана 10 лет назад, на съезде во французском Лионе, а ваш покорный слуга избран президентом. Сегодня в Конфедерацию входят 29 организаций ветеранов и резервистов из 27 стран, и мы работаем в постоянном контакте. Наш девиз: "Говорить должны люди, а не пушки". Бывшие военные лучше ангажированных "ястребов" понимают опасность враждебных угроз и как могут, стараются склонять воинственную позицию в своих странах в сторону разума.

Вы полковник запаса, доктор философии, но человек верующий. С вашей точки зрения, не таит ли в себе противоречий военная служба и вера? Священное писание учит любить ближнего, а военная присяга — применять оружие, несущее страдания и гибель…

Александр Каньшин: Наши предки, выступая на защиту Отечества, во все времена осеняли себя крестным знамением: "С нами бог!". Священники в Храме не исповедуют ни злобы, ни ненависти, они наставляют воинов любить родных и близких, людей доброй воли, родную землю. Но если надвигаются черные силы ада, надо защищать и веру, и Отчизну. Как написал в годы Великой Отечественной войны фронтовой писатель-патриот — любовь мы носим в своем сердце, а ненависть к врагам — на кончиках штыков.

Нынче понятие "патриотизм" обрело, наконец, истинный, высокий и благородный смысл. Хотя есть еще голоса, что оно не толерантно, ограничивает свободу тех, кто хотел бы считать себя "гражданами мира"…

Александр Каньшин: Патриотизм не лишает человека внутренней свободы выбора. Тургенев почти всю жизнь прожил в Париже, но горячо любил Россию и служил ей словом и делом. Я бы назвал русский патриотизм уникальным явлением, он в нашем народе идет из глубин, он сродни вере. В нас живет "любовь к отеческим гробам, любовь к родному пепелищу", как сказал Пушкин два века назад, и святой подвиг псковских десантников, уже в наши дни сложивших головы в бою с террористами под Улус-Кертом. Вся наша история пронизана яркими примерами беззаветного служения Отечеству.