Как в 1944 году СМЕРШ разоблачил в Крыму лжепартизан

0
5

Как в 1944 году СМЕРШ разоблачил в Крыму лжепартизан

Федеральная служба безопасности продолжает публиковать новые документы о ранее неизвестных страницах Великой Отечественной войны. Рассекреченные файлы рассказывают о разоблачении контрразведчиками изменников Родины, после освобождения Крыма пытавшихся выдать себя за бойцов сопротивления. Кто скрывался под именем «Красный Сталинград», была ли попытка отравить в Крыму целый госпиталь и как была изобличена фальшивая подпольная группа в Симферополе, в публикации «РГ».

Как в 1944 году СМЕРШ разоблачил в Крыму лжепартизан

Под личиной подпольщиков

За время войны и оккупации в Крыму действовали сотни подпольных групп и десятки партизанских отрядов. Этой странице сопротивления посвящено множество исторических документов. Но были и другие примеры. За первые месяцы освобождения Крыма чекисты задержали на полуострове несколько тысяч коллаборационистов, полицаев, карателей, "спящих" агентов, дезертиров и изменников Родины, по тем или инымпричинам не успевшим бежать вместе с фашистами. Среди рассекреченных документов периода войны особо выделяются дела о лжеподпольщиках и фальшивых партизанах.

23 сентября 1944 года на имя наркома госбезопасности СССР Меркулова поступила докладная записка наркома госбезопасности Крыма Фокина о разоблачении на полуострове лжепатриотической подпольной организации, созданной во время оккупации Крыма по заданию германской разведки. По этому делу в Симферополе были арестованы восемь человек. Из материалов дела предстает картина предательства этих людей. Руководил группой некий Виталий Коган, живший до войны в Керчи. На момент первой оккупации города юноше, судя по всему, еще не исполнилось 18 лет. Так что в армию его не призвали, а от эвакуации он уклонился сам, причем дважды. В июне 1942 года, когда фашисты во второй раз заняли Керчь, Виталий вернулся в родное село Ново-Софиевка под Симферополем. Там-то его и взяли в оборот германские спецслужбы.

Из материалов докладной записки:

"При вербовке Коган был предупрежден, что немецкому командованию известно о том, что он еврей, и если он хочет жить, то должен работать на пользу Германии. После этого он дал согласие сотрудничать и получил задание создать лжепатриотическую группу, через которую должен будет выявлять антигермански настроенных лиц".

В группу входили люди разных национальностей, в основном уроженцы Крыма из Симферополя, Бахчисарая и Евпатории. По происхождению рабочие, крестьяне, кустари. Был даже один бывший сотрудник уголовного розыска, в 1933 году осужденный за покушение на убийство к шести годам лагерей, и один журналист родом из Николаевской области. Большинство беспартийные, но двое до войны состояли в партии, а журналист Владимир Киндяков был комсомольцем. Что толкнуло этих людей на предательство? Правда, объединяло их не только землячество и происхождение. Пятеро из восьмерых, как позже выяснилось, в первые месяцы войны стали дезертирами из Красной армии. А журналист Киндяков, уничтожив рацию и сдавшись немцам, начал работать репортером оккупационной газеты "Голос Крыма", затем продолжил карьеру в должности заместителя редактора газеты власовцев "Товарищ по оружию".

В октябре 1943 года руководитель группы Коган по заданию немцев внедрился в партизанский отряд и, войдя в доверие к его командиру, получил задание организовать в тылу фашистов подпольную диверсионную группу. Отчеты о "диверсиях" группа регулярно отправляла партизанам, на самом деле обезвреживая боеприпасы, которые им передавали из леса для подрыва немецких объектов. Позже в ходе следствия выяснилось, что члены группы были добровольцами карательных батальонов, а открытая ими пекарня являлась явочной квартирой немецкой разведки.

"Лично Коган предал советских патриотов Самохвалова, Титова, Минос и Тетюрюка, а также, разъезжая с заданием СД по лагерям военнопленных, выявлял содержащихся в них партизан, командиров и комиссаров Красной армии", — говорится в докладной записке.

Через некоторое время в партизанском отряде раскрыли двух засланных туда предателями агентов. Причем подозрение могло пасть на самого Когана — он предупредил о провале агента фашистов Понойотес. Когда пришло время спасаться самим, лжеподпольщики стали зачищать всех, кто мог их разоблачить. Так в Симферополе были убиты четыре человека, знавшие об их двойной сущности. В последние дни оккупации двух разведчиков, пришедших из леса, сначала подпоили, отобрали у них деньги, а затем сообщили о них в полицию. В перестрелке и огне пожара оба погибли.

В мае 1945 года был освобожден Севастополь, но предатели не стали бежать вместе с фашистами. Очевидно, их пропуском в послевоенную жизнь должна была стать легенда о подпольной патриотической группе. В адрес обкома партии они даже подготовили отчет о том, что они "было организовали вооруженное восстание, во время которого захвачены в плен 75 немецких солдат и офицеров, занято 11 складов, 510 винтовок, 675 гранат и другие боеприпасы". Однако это им не помогло. В ходе следствия пятеро членов группы лжепатриотов полностью признали свою вину, двое, включая руководителя Виталия Когана, признали вину частично и лишь один — Абдураман Закирьяев настаивал на своей невиновности, однако был изобличен свидетельскими показаниями. В сентябре 1944 года дело группы передали в Военный трибунал.

Отравить воду, убить раненых

В горячие дни весны и лета 1944 года контрразведчики в Крыму работали не покладая рук. Полуостров в это время был слоеным пирогом, в котором все перемешалось, и чтобы понять, кто оставался в оккупации патриотом, а кто был коллаборационистом или того хуже карателем, приходилось просеивать через допросы, беседы, очные ставки тысячи людей. Ведь спрятаться за личину подпольщиков или партизан было соблазнительно для многих. Такую группу в поселке Симеиз вычислили сотрудники одного из отделов "СМЕРШ" Приморской армии. Еще не везде были изгнаны фашисты, а в руки контрразведчиков попал житель этого поселка с весьма богатой биографией. Воентехник, освобожденный от армии по болезни, Александр Боровиков до войны работал директором хозрасчетного отдела при облторге Семипалатинска. Должность доходная, но в 1938 году за растрату его осудили на 10 лет лагерей. Отбыв один год в дальневосточной "военстройке №210", он бежал и через уголовников Читы сделал себе новый паспорт на фамилию Громова. Дальше жизнь помотала его от Красноярска до Одессы, пока, наконец, он не осел в Симеизе, где и застала его война в должности заведующего пекарней. Сотрудничать с немцами Боровиков-Громов начал с первого дня оккупации, поэтому органам СД не составило труда завербовать его под агентурной кличкой "Алекс". В этом качестве он начал сотрудничать с лейтенантом "Зондеркоманды" Хартманом с февраля 1942 года.

Из докладной записки об итогах контрразведывательной работы отделов "СМЕРШ" Приморской армии:

"Ему как агенту было дано задание выявлять и выдавать СД русских агентов, коммунистов, подпольщиков и партизан, однако, как показывает Боровиков, он передал в "Зондеркоманду" только одного партизана — бывшего председателя колхоза им. Калинина Энвера Бекирова, которого через несколько дней вместе с заложниками л расстреляли немцы".

Зато этот предатель охотно назвал имена якобы завербованных им агентов СД. Среди них оказалось много жителей Симеиза, в том числе заведующая поселковым радиоузлом и клубом, начальник почтового отделения, шеф-повар одного из довоенных правительственных санаториев, открывший при немцах ресторан и другие местные жители. Из показаний Боровикова следовало, что в его присутствии лейтенант Хартман передал зав клубом Антонине Мухиной колбы с ядом. Ими она должна была отравить воду, подаваемую в военный санаторий, когда в него начнут поступать на лечение раненые советские бойцы. В случае невыполнения Мухиной задания Боровиков должен был ее ликвидировать.

Что это было, ценнейшее признание, ниточка к крупной диверсии или банальная попытка оговорить других, чтобы выгадать снисхождение для себя? Ведь все эти люди работали при немцах, но сами они утверждали, что поддерживали связь с партизанами, выполняли их задания, распространяли листовки. А Боровиков, судя по его же показаниям, был отпетым негодяем. Разобраться в этом предстояло контрразведчикам. Была ли на самом деле оставлена немцами группа с таким заданием, из рассекреченных материалов установить невозможно. Ясно одно, контрразведчики не спешили верить на слово никому и перепроверяли информацию.

Дело "Красного Сталинграда"

В декабре 1944 в материалах чекистов о розыске предателей Родины проходило дело некоего Константина Моисеева, создавшего на Керченском полуострове лжепартизанский отряд. Уроженец Сталинградской области до войны он поначалу был на хорошем счету, даже вступил в партию, но спустя всего два года был исключен с формулировкой "за развал работы колхоза". В сентябре 1942 года контуженный Моисеев остался на поле боя, но в плен, похоже, он не попал, потому что до Керчи добрался самостоятельно и остался там жить. Немецкое СД завербовало его в декабре 1942 года.

Из докладной записки НКГБ Крыма наркому Госбезопасности СССР Меркулову о состоянии работы по розыску немецкой агентуры и других государственных преступников:

"В августе 1943 года по заданию СД Моисеев создал в Аджимушкайских каменоломнях лжепартизанский отряд под названием "Красный Сталинград" с задачей провоцирования настоящих партизан, действующих в этом же районе, для их ликвидации".

Почему выбрал такое название? Может о Сталинградской битве тогда уже знала вся страна и за этим подвигом было удобнее скрываться, может вспомнил бывший красноармеец о своей Родине? Теперь мы этого уже не узнаем. Но в октябре того же года Моисеев и его люди расстреляли двух партизан, прибывших к ним из соседнего отряда для объединения усилий. А в ноябре 1943 года при освобождении Керчи моисеевцы вышли из каменоломен к советскому командованию. Вот они мы, партизаны. Как и во всех подобных случаях, членов отряда отправили в фильтрационный лагерь станицы Ахтанизовской Краснодарского края. Уже в лагере Моисеев еще раз проинструктировал своих людей: держитесь одной линии — мы партизаны, сражавшиеся за Родину в тылу врага. Сколько было у Моисеева людей и что с ними стало, из докладной записки не ясно, но, судя по всему, самому командиру удалось успешно пройти фильтрационную проверку, и из лагеря он направился в распоряжение Северо-Кавказского военного округа в Ростове. Там он даже получил отсрочку от мобилизации на три месяца и возможность поехать в родное село. Но все это время чекисты методично просеивали множество материалов, изучали материалы допросов, показания свидетелей, работали с людьми и документами. В том же 1944 году Моисеев был изобличен и приговорен к расстрелу Военным трибуналом войск НКВД Крыма. Вместе с ним в Керчи были арестованы 11 агентов СД завербованных лжекомандиром лжепартизанского отряда.

Справка "РГ"

В разные периоды оккупации Крыма на территории полуострова действовало 62 отряда общей численностью 12500 партизан и 220 подпольных организаций и групп, объединявших свыше 2500 подпольщиков. Партизанские отряды провели 252 боя с фашистами, вместе с подпольщиками совершили 1632 различные диверсии. Самым тяжелым был период 1941-1942 годов. Из 3734 партизан, ушедших в леса Крыма в ноябре 1941 года, к октябрю 1942 в живых осталось только 425 человек.