Жительница Ставрополья за свои деньги построила приют для бездомных

0
10

Жительница Ставрополья за свои деньги построила приют для бездомных

В частном приюте для бездомных в поселке Кумском Минераловодского округа проживают порядка 80 человек. Его основатель Ольга Ширяева уверена, что лучше жизнь в тесноте, чем смерть на улице. С ней согласны и корреспонденты «РГ», которые познакомились с условиями жизни в этом необычном заведении, а также с его обитателями.

Жительница Ставрополья за свои деньги построила приют для бездомных

Сто страшных историй

— Мне позвонили из министерства соцзащиты и попросили помочь. Мужчину забрали два года назад из больницы в Пятигорске с проломленным черепом. Был в реанимации, потом в неврологии, — рассказывает Ширяева историю Кости Витаса.

Тот, лежа на кровати, кое-как уминает принесенный гостинец. Пирожок крошится на грудь Витасу, но это его не сильно огорчает. Когда же Костя видит что-то, что его расстраивает, то начинает громко кричать и плакать. Кажется, за вокальные данные он и получил свое прозвище.

— Случай, конечно, очень тяжелый. Это был умирающий овощ. Сейчас, видите, старается есть. Когда начали паспорт восстанавливать, оказалось, жил он в Кемерово, — продолжает Ольга. — А еще, когда ему ради эксперимента дали бумагу и ручку, оказалось, что Витас красиво и без ошибок пишет…

В поселке на четыре коротеньких улочки этот дом, наверное, один из самых заметных, хотя не выглядит слишком большим. Внутри — замысловатое переплетение коридоров. Кажется, в здешних лабиринтах легко заблудиться. Но основательница приюта ориентируется без проблем. Она ведет экскурсию из комнаты в комнату. Чтобы познакомиться с каждым, понадобится неделя, уверяет Ольга Васильевна.

Постояльцы называют ее только так — по имени-отчеству. И каждому есть что сказать: пожаловаться на странную сыпь — "старческую почесуху", попросить купить таблетки от приступов эпилепсии, обсудить, как идет процесс восстановления документов.

Здесь находится 77 человек. Еще 13 живут у Ширяевой дома. Есть подопечные, которым снимают жилье или которых приютили добровольцы. Каждого привела в Кумской своя история, героем которой никто из нас не хотел бы стать. Эти люди столкнулись с алкоголизмом и наркоманией, рабством и мошенничеством, безысходностью после тюрьмы и безразличием родных. Приют оказался тем местом, где тоске противостоит надежда.

Спонсоры-пенсионеры

В одном из коридоров на диванчике сидят Александр и Ольга — похоже, главная местная "нарядиха": на шее три нитки ярких бус, на запястье браслет, а платье будто из другой, красивой жизни. Из образа выбивается только ссадина на кончике носа — расчесала ладонью.

Оказывается, Оля умеет петь. По просьбе хозяйки она посвящает произведение Сане.

— Ой, кто там с горочки спустился? // Наверно, Саня мой ползет! //Дубина ты, моя дубина, а где цве- ты — не вижу я? — импровизирует артистка.

До приюта тот самый Саня не то что с горочки спуститься, но и по ровной дороге ходить толком не мог. Его лежачим забрали из психиатрической больницы в 2012 году. Со временем поднялся на ноги. Теперь совсем жених, говорит Ольга Васильевна.

Песни тут любят. Иногда благотворители устраивают концерты во дворе, но подопечные могут спеть и сами. Вот Нина Дмитриевна и Ефимовна специально для гостей дуэтом исполнили "Ой, мороз, мороз!".

Нина Дмитриевна — женщина 36-го года рождения — переписала свое жилье черт знает на кого и осталась без угла. Теперь приют — это ее дом. За Ефимовной попросили приглядывать родственники. Говорят, в приюте — спокойная, а дома совсем другая.

— Это комната наших "спонсоров". У них есть пенсия. Они помогают тем, у кого ничего нет. На самом деле этих денег не хватает, — поясняет Ширяева.

Так здесь устроена экономика. Всем, кто попадает под опеку, хозяйка старается восстановить паспорт, а затем — все полагающиеся пенсии, выплаты и льготы. Обычно это небольшие средства, но благодаря им приют выживает. Ширяева говорит, что среди ее подопечных много таких, чьи документы не удастся восстановить никогда. Некоторые — лежачие инвалиды.

Ежемесячно содержание приюта обходится примерно в 150-200 тысяч рублей — сумма зависит от количества постояльцев. Как эти расходы покрыва-ются, зависит от количества подопечных с пенсиями и выплатами. Обычно денег хватает лишь на то, чтобы заплатить за коммуналку.

Поначалу семья Ширяевой не принимала ее занятие, и Ольга ушла на несколько месяцев

— Каждый месяц выживания — уникальная история, — говорит Ширяева.

Очень помогают благотворители и дарители. Правда, деньгами Ольга Васильевна помощь не принимает, только натурой. Пригодиться может все — от продуктов до подгузников для взрослых.

Государственной поддержки у приюта нет.

— Мне сказали собрать пакет документов. Можно было оформиться как поставщик социальных услуг. Но тогда, если человек со стороны обратится ко мне не через них, я не имею права его взять, — объясняет Ширяева.

На такие ограничения Ольга пойти была не готова. Что бы она делала, когда на телефон приходит сообщение, что прямо сейчас кто-то замерзает на улице?

Привычка к беде

Приют не относится к учреждениям строгого режима. Подопечные могут выходить по своим делам и даже пробовать устроиться на подработку. Остальные, кто может, ухаживают за домом, готовят еду, следят за хозяйством — как в коммуне. Днем дом похож на муравейник.

Среди приютской суеты на одной из кроватей затихла женщина, лица которой не разглядеть: она развернулась вполоборота.

Жительница Ставрополья за свои деньги построила приют для бездомных

Ольга Ширяева: Можно было оформиться как поставщик социальных услуг. Но тогда, если человек со стороны обратится ко мне, я не имею права его взять. Фото: Эдуард Корниенко

— Сказали, уже все. У нее онкология…

За всеми лежачими следят остальные приютские. Ухаживают, меняют памперсы.

Своего врача нет, но местные медслужбы с приютом дружат: "скорые" приезжают практически ежедневно. В приемном отделении тоже принимают без проблем, если нужен осмотр, исследования или анализы. Но не всем они могут помочь.

Ольга Васильевна говорит, что многих отправляют в приют на доживание, так что хоронить подопечных приходится периодически. Если бы когда-то сказали, что к постоянному соприкосновению со смертью можно привыкнуть, она бы не поверила.

— Умирают. Но мы провожаем достойно. Хороню за свой счет, — поясняет Ольга.

Похоже, ей важно подчеркнуть, что приютские на кладбище лежат не под номерными табличками, а под крестами.

Радикально против эгоизма

"Я думала, может быть, я приемная? Почему родители не хотели никого больше заводить?" — Ольга Васильевна ищет объяснение тому, почему решила помогать людям. Говорит, просто боялась сделаться эгоисткой из-за того, что была единственным ребенком в семье.

Все началось 17 лет назад. Тогда предпринимательница Ширяева, владелица магазина, чтобы "не зациклиться на себе", стала активно помогать ближним. Она успела поработать социальным работником в психиатрической больнице, пройти обучение по программе психосоциальной реабилитации и построить приют.

Ей помогла предпринимательская хватка. Ольга разделила родительский дом на три части и продала их по отдельности. На вырученные деньги купила коттедж, в котором теперь располагается приют. Со временем здание обросло пристройками и террасами.

Поначалу семья не принимала ее занятие, и Ольга ушла на несколько месяцев. Потом, конечно, достигли компромисса. Сейчас Ольгу — мать четверых детей и бабушку троих внуков — родные поддерживают. Даже когда кажется, что сил продолжать уже нет: такое, признается Ольга, иногда происходит.

— Я понимаю, что все, больше не буду помогать, хватит. На этом остановимся. Но когда мне какую-то историю рассказывают, когда человек нуждает- ся — лучше пусть под навесом, но дома, чем на улице умрет.

Рецепт от уныния проверен: отоспаться дня три. После этого, говорит Ольга, вновь можно вернуться к работе и попытаться изменить финал у сотни плохих историй.

Прямая речь

Владимир Сальников, начальник отдела организации стационарного обслуживания населения министерства труда и соцзащиты Ставрополья:

— С Ольгой Васильевной мы знакомы уже лет двадцать: еще с тех пор, когда она работала в психиатрической клинике. Ее приют — не учреждение государственного образца. Это частная инициатива, которая помогает решить проблемы бездомных людей и снизить нагрузку на государственный центр социальной адаптации для лиц без определенного места жительства в поселке Свистуха.

Государственной поддержки приют Ширяевой по закону получать не может, так как он не является поставщиком социальных услуг. При этом мы взаимодействуем и сотрудничаем. Я и сам месяца два назад был там, привозил памперсы и другие вещи, которые могут пригодиться.